Главная » 2009»Октябрь»20 » Что бы не произошло, Дунай останется на месте, а значит будет работа.
Что бы не произошло, Дунай останется на месте, а значит будет работа.
09:47
На нашей реке судоходство будет всегда. Не так уж часто бывает, чтобы работа и увлеченность совпадали. У Анатолия Волонтирова они счастливым образом слились воедино.
Анатолий Волонтиров
Вскоре после окончания электромеханического факультета института ему была предложена работа в производственной лаборатории автоматики Советского Дунайского пароходства. Работа инженера-автоматчика в чем-то схожа с профессией врача – неисправному оборудованию нужно поставить диагноз и назначить «лечение».
После ухода очередного начальника (а в истории лаборатории появлялись руководители, от которых коллектив содрогался) Анатолию Михайловичу предложили возглавить этот участок.
Но он не желал этим заниматься – и точка. Тогдашний Волонтиров был уверен, что руководить людьми – это слишком хлопотная работа, которая ему, ведущему инженеру, абсолютно не подходит. Тем не менее, его уговорили временно «поисполнять» обязанности начальника лаборатории. Через полгода стало ясно, что Волонтиров – прирожденный руководитель. Это признал коллектив, оценивший тактичные и деликатные методы организации работы и наведения дисциплины.
С тех пор часы отстучали 17 лет. Люди работают в обстановке душевного комфорта, Анатолий Михайлович стал более гармонично понимать многое в отношениях с подчиненными.
– Электромеханики всегда ценились на флоте, – делится он своими мыслями. – Но наступил период в мировой практике, когда стали сокращать экипажи, а обязанности электромехаников – перекладывать на механиков с обязательным получением сертификата на обслуживание электрооборудования. Этот процесс начался в середине 90-х годов, но уже в первые годы нового века сообразили, что без электромеханика обойтись нельзя – скороспелые курсы не могли дать полноценной подготовки.
Спохватились, но подрыв престижа профессии произошел огромный. Сегодня моряки этой специальности приходят слабо подготовленными, неспособными устранять неполадки в оборудовании. Такова особенность нынешнего момента, когда в УДП остро не хватает электромехаников.
Что же касается мировых судоходных компаний, то там быстро спохватились и хорошо подняли зарплату специалистам этого профиля. Поэтому опыта они набираются у нас, и, подковавшись профессионально, тут же срываются под флаг. В этом плане Украина – не более чем тренажерный центр, где теоретические знания, полученные в учебном заведении, существенно подкрепляются практикой, а дальше – выход в мировое пространство.
– Я стал начальником лаборатории в 1992 году. Тогда в коллективе работало 40 человек, сегодня – 24. Существенно снизились объемы работ: не стало лихтеровозного флота, целой серии судов «юные пионеры», сейчас практически нет морского флота и поступлений новых судов.
В свое время пароходство было настоящим концерном с портами, заводами и огромным флотом. Сегодня мы обслуживаем только речной флот. Все это привело к текучке кадров. Недавно ушли трое, двое из них – специалисты очень высокого уровня. Причина – материальная неудовлетворенность, неспособность решать семейные проблемы.
Из тех, кто работал до 90-х годов, остался я один. Лаборатория всегда привлекала людей возможностью выхода в рейс. Мне очень хочется назвать инженеров-энтузиастов, без участия которых немыслима отлаженная работа флота УДП: Александр Селезень, Бронислав Сербин, Анатолий Жуков, Владимир Петров, Юрий Алферов, Андрей Аржинт, Александр Гнатив, Андрей Ратушненко.
Что бы не произошло, Дунай останется на месте, а значит, будет работа. На нашей реке судоходство будет всегда. Даже если настанет день, когда пароходство станет негосударственным, настоящий моряк всегда будет работать на совесть. Очень надеюсь, что при любом раскладе УДП останется в комплексе национальных интересов государства. Тогда мы спокойны. Пусть поменяется форма собственности, но мы должны остаться в стратегических планах государства.
