Главная » 2010»Август»29 » За что Леонид Ильич любил Бессарабию, или Кулинарные пристрастия генсека
За что Леонид Ильич любил Бессарабию, или Кулинарные пристрастия генсека
16:44
29/08/2010 Разумеется, это эпикурейство и гедонизм, которые были совсем несвойственны дистиллированному Суслову и аскету Андропову, не касаются заката брежневской жизни, когда пресыщенность впечатлениями, а главное, плохое здоровье не позволяли проявлять былую удаль и вообще жить по-прежнему. Журналист Александр Бовин, писавший для нашего героя речи, признался: «Я работал с двумя Брежневыми. Здоровым и больным. Это – разные люди».
Итак, вообразим себе несколько эпизодов того будущего фильма про человека, правившего нашей страной почти два десятилетия. Эпизоды, естественно, гастрономические, тем более что, по словам невестки генсека Людмилы, «поговорить о еде в семье очень любили. Даже за столом, когда ели. Вспоминали, как родители в печке готовили. Обсуждали борщи, каши…».
Супруга Л.И. Брежнева, Виктория Петровна, вспоминала, что еще с довоенных времен, когда они жили на Украине, Леонид Ильич любил ее борщи. Холодный и горячий, постный и на мясном наваре.
Глинтвейн на Мавзолее.
А знаете, о чем беседовали советские вожди, стоя в майский и ноябрьский праздники на трибуне Мавзолея перед колоннами натужно ликующих демонстрантов? Правильно, о здоровье. По свидетельству генерала КГБ Владимира Медведева, руководившего личной охраной Брежнева, Леонид Ильич с удовольствием сообщал членам и кандидатам в члены Политбюро, что он ест на завтрак и на ужин, чтобы не набирать лишние килограммы, поскольку врачи убедили его, что большой вес – нагрузка на сердце.
Охранник вспоминал, как 7 ноября лидеры «согревались» прямо на Мавзолее. «Уже часам к одиннадцати появляются два официанта с термосами и набором хрустящих белоснежных пластмассовых стаканчиков. В термосах – горячее вино с какими-то вкусными добавками. От стены Мавзолея идут два выступа, которые служат столиками, выбиты ниши, они покрыты деревом и обшиты сверху материалом – удобные сиденья. Всего шаг назад – Леонид Ильич садится за стол, выпивает, отдыхает, возвращается в строй. Точно так же после него пригубляют, согреваются остальные. Исчезновение их на краткое время незаметно ни тысячам людей с площади, ни тем более телезрителям».
Но это еще не все. Оказывается, за Мавзолеем есть пристройка к Кремлевской стене. Там располагался буфет – зал с большим столом. В буфете Леонид Ильич мог выпить рюмочку уже в тепле. После демонстрации – праздничный прием в банкетном зале Дворца съездов. На угощение и выпивку не скупились, но, если верить кремлевским поварам, партийные боссы, все как один, были консервативны в еде – ни устриц с фуа-гра, ни суши с роллами. Доверие у них вызывала только русская кухня. Без особых изысков: рыба, икра, соленые грибы, вареная картошка, селедка, холодец, поросята, гуси. Каждый прием заканчивался десертом, но перед ним устраивали концертик. Один из обязательных номеров программы – любимая правителями Людмила Зыкина.
Тайны кремлевских обедов.
Обедал Брежнев обычно в Кремле, на рабочем месте, – для этих целей за его кабинетом было небольшое помещение, туда и доставляли официанты еду. Для Генерального секретаря и его ближайших соратников блюда готовились на так называемой особой кухне. «Мы называли ее царской», – говорит Владимир Бондарев, проработавший «спецповаром» семь лет. Как и все остальные повара, он был сотрудником госбезопасности.
«Перед началом трудовой деятельности меня предупредили, что о своей работе я не должен распространяться нигде и никому. Строго-настрого запретили рассказывать о блюдах, которые готовились тому или иному члену Политбюро. Каждое блюдо для первых лиц государства дублировалось. Одно отправляли по месту работы «объекта», второе – отдавали на пробу санитарному врачу. Оставшиеся продукты укладывали в специальный контейнер и на сутки оставляли в холодильнике. Эти продукты служили бы вещественным доказательством в том случае, если бы кто-то отравился».
Продукты на «царскую кухню» поступали с 501-й спецбазы; колбаса, ветчина и прочие мясные деликатесы – из спеццехов Микояновского завода, молоко – из подмосковного «Заречья», коньяк – из Армении, вино – из Молдавии, а овощи и фрукты прилетали из солнечного Узбекистана. На питание каждому члену Политбюро выделялась немалая по тем временам сумма – 400 рублей.
В последние годы Леонид Ильич обедал очень скромно: «Диетолог старался разнообразить меню, однако Брежнев, боровшийся с весом, заказывал то, что сам считал нужным, обычно – немного салата из капусты, ложку овощного супа и сырники или просто творог. И стакан сока и компота».
Борьба руководителя СССР с лишним весом заслуживает отдельного эпизода под названием «Ильич взвешивается». Послушаем генерала Медведева: «Брежнев и в молодости, когда был стройным красавцем, строго следил за своим весом, а с возрастом борьба с весом стала маниакальной, приобрела род недуга». И больше всего обрадовать Леонида Ильича могло… положение стрелки весов. Оказывается, «весы всех видов и марок – отечественных и лучших зарубежных – стояли и на даче в Заречье, и в охотничьем Завидове, и в кремлевском кабинете. С утра дома встал – сразу на весы, приехал на работу – с порога на весы, перед сном – снова взвешивается… Он следил за каждой ложкой, чтобы не переесть, отказался от хлеба». Но так было не всегда.
«Какой красивый молдаванин!..»
Именно так в 1952 году отозвался о Брежневе Сталин. Нет, у Леонида Ильича не было молдавских корней, родился он, как известно, на Украине. Однако известный кулинарный историк Вильям Похлебкин уверял, что работа первым секретарем компартии Молдавии, где будущий генсек оказался в начале 50-х, позволила ему ощутить принципиально новое качество жизни: «Рыбалка на Днестре и Пруте, в устье и гирле Дуная, охота в Кодрах и на границе Молдавии и Северной Буковины возобновили знакомство Леонида Ильича не только с кабаньим окороком и запеченной в тесте олениной, но и открыли для него такие ранее незнакомые гастрономические прелести, как зернистая осетровая икра из Вилково, дунайская осетрина и малосольная сельдь. В Молдавии, на ее вкусных хлебах, Брежнев и просто подкормился, то есть, превратился из «худого полковника», как его привыкли звать на фронте, в упитанного, раздобревшего, вальяжного генерала. Для Леонида Ильича, даже в старости не изменившего привычке чуть ли не часами прихорашиваться перед зеркалом, его цветущий внешний вид значил весьма многое. Он сообщал ему уверенность и льстил ему. Таким образом, можно сказать, что молдавская кухня фактически вывела Леонида Ильича в люди». Конечно, на одних фаршированных перцах, мититеях и мамалыге такую карьеру не сделаешь! Но то, что Брежнев уважал молдавскую и украинскую кухню, это факт. И особенно украинский борщ.
Виктория Петровна, его верная, но редко появлявшаяся на публике супруга, после смерти мужа рассказывала писательнице Ларисе Васильевой, автору перестроечного бестселлера «Кремлевские жены»: «Леонид Ильич любил мои борщи. Знаете, украинские борщи есть разных типов: холодный и горячий, постный и на мясном наваре… Борщ я варила на два-три дня, суточный – он вкуснее, потому как настаивается. На второе готовила жаркое, котлеты... Вареники Леня любил с картошкой и с квашеной капустой, с жареным луком, а пироги – с горохом. В воскресенье, когда вся семья в сборе, пироги я пекла с мясом, но больше с горохом. Любил жареную рыбу – сома или налима без костей. Потому что еще в молодости подавился как-то косточкой и с тех пор опасался. Карасей я готовила, но косточки выбирала, фаршировала рисом, грибами».
Первая леди СССР обожала стряпать и совершенно не вмешивалась в политику. Из развлечений предпочитала телевизор: фигурное катание и «Кабачок 13 стульев». То есть вела жизнь обычной домохозяйки: солила огурцы, капусту и помидоры, сушила травы, лепила пельмени, пекла пироги с вишнями и даже варила варенье из крыжовника (это было ее коронное блюдо). То самое, что называют царским. А какое же еще – для царя?! Брежнев уверял, что лучше «его Вити» – так он называл Викторию Петровну – никто на свете не готовит.
«Моя мама, – вспоминал Леонид Ильич, – готовила вкуснейший торт с крыжовником». Этот торт всегда подавался в семье генсека к вечернему чаю.
Король охоты.
О том, что советский лидер – азартный и удачливый охотник, знали все. И во время официальных зарубежных визитов или поездок по стране Леониду Ильичу нередко устраивали охоту. Говорят, стрелял он замечательно, а все анекдоты про «подсадных уток» – всего лишь фольклор. Любимым местом его охоты долгое время было подмосковное хозяйство Завидово.
«После удачного выстрела, когда кабан у наших ног, Леонид Ильич разрешал нам разлить по рюмке водки, – вспоминает генерал Медведев. – Это был неизменный ритуал, мы поздравляли друг друга «с полем». По окончании охоты следовал другой ритуал, который как бы продлевал удовольствие. Начальнику охраны поручалось отрезать каждому в подарок кусок мяса. Вначале через охрану, а позже через фельдсвязь Брежнев отправлял кабанятину некоторым членам Политбюро, министрам. Вдогонку звонил, рассказывал подробности охоты, советовал, как лучше готовить вырезку, грудинку и т.д.».
Эти дары получали не только партийные бонзы. После охоты в Сербии высокий советский гость раздаривал зайцев, фазанов и оленину поварам и обслуживающему персоналу.
Кстати, Брежнев был не чужд кулинарии, мог поинтересоваться рецептом понравившегося блюда, хотя домашнее хозяйство полностью доверял жене. Возвращаясь из зарубежных поездок, он с восторгом делился новыми познаниями: «У итальянцев нет ничего вкуснее спагетти с песто. Угощали меня и лапшой с лососевым соусом. Пальчики оближешь!» Визит в ГДР ему запомнился крюшоном из вина с цитрусовыми, а поездка в Испанию – пирожными из персика и кокоса, которыми он просто объедался.
Югослав Сава Вукоев, личный повар Иосифа Броз Тито, тоже заядлого охотника и гурмана, имел честь несколько раз готовить для Брежнева, когда тот бывал в его стране. Одно из блюд – диетический плов. Вот рецепт: два вида риса, дикий черный и белый, варятся отдельно, промываются, перемешиваются, к ним добавляются тушеные овощи. Овощи готовятся так: на сковороде обжаривается репчатый лук, после он перекладывается в большую посуду, к нему добавляется немного чеснока и нарезанные кубиками болгарский перец разных цветов, сельдерей, морковь, лук-порей, зелень, грибы, спаржа (ее, по наблюдению Вукоева, Брежнев очень любил). Все это тушится до полуготовности. Смесь риса с овощами помещается на 10 минут в духовку. Соль и перец – по вкусу. Вся масса в виде пирамиды выкладывается на тарелку. Подается с двумя соусами – помидорным и легким сливочным.
Но вернемся в Завидово. На охоте Брежневу и другим стрелкам часто готовили его любимую яичницу: на большой чугунной сковороде до хрустящей корочки обжаривали куски сала и заливали десятком яиц. Вообще, как вспоминал главный брежневский охранник, «раньше в Завидове в дни охоты стол ломился от закусок, и сам генсек был молод и ел с аппетитом, и окружение тоже было далеко не малоежки. Когда же с середины семидесятых Брежнев стал бороться с весом и перешел на творог, капусту, свеклу, он и всех прочих перевел на подобное меню».
Этому предшествовал эпизод, который впоследствии Леонид Ильич любил рассказывать за обедом. Однажды во время традиционной завидовской трапезы директор охотничьего хозяйства слишком увлекся черной икрой, черпал ложку за ложкой. Брежнев молча на него поглядывал, а когда тот закончил, сказал: «Это вам икра, а не гречневая каша!» Директор нашел в себе смелость отшутиться: «Надо же! А я и не заметил». Но эта «невнимательность» послужила поводом решительно сократить рацион питания всех причастных к охоте...
