Забытые бастионы: исторические крепости Одесчины погубила коррупция - 28 Марта 2011

О том, что в Одесской области есть исторические крепости, знают многие. Но когда заходит речь о конкретных объектах, большинство называет только средневековый замок в Аккермане (Белгороде-Днестровском) и Измаильскую крепость. А между тем, кроме упомянутых, в регионе были и другие фортификационные сооружения. Речь идет прежде всего о так называемой Днестровской линии укреплений, построенной в конце 18 века под руководством Александра Суворова и его соратника Иосифа Дерибаса на присоединенных в результате русско-турецкой войны 1787-1792 землях между Бугом и Днестром. В Одесской области в состав линии входили Овидиопольская (турецкое название Хаджидер - «долина паломников») и Одесская крепости. «Сегодня» разыскала то, что осталось от этих исторических памятников. …Очертания Овидиопольской крепости видны на спутниковых фотографиях, а значит, решили мы, найти ее будет нетрудно. Но поиски неожиданно затянулись. Выяснилось, что простые овидиопольцы и профильные чиновники пребывают в полнейшем неведении относительно месторасположения объекта: «Ничего от нее не осталось, можете возвращаться домой», - заявила нам начальник отдела культуры Наталья Пушкаренко. То же самое сообщили и в облуправлении охраны культурного наследия. «Первый раз о такой крепости слышу. Может, вы перепутали Овидиополь с Белгородом?» - изумился житель поселка Виктор Иванков. Однако мы не сдались и провели собственные изыскания в «городе Овидия». Сориентироваться на местности помог старинный план укреплений, составленный непосредственным их строителем Францем Деволаном. Кстати, именно этот уроженец Нидерландов дал Овидиополю его нынешнее название. Возводя крепость, Деволан нашел древнее захоронение в каменном ящике и решил, что это могила великого римского поэта Публия Овидия Назона (который на самом деле умер в современной Румынии).

На деволановском плане обозначена сохранившаяся до сих пор балка, которая начинается от берега Днестровского лимана, в районе овидиопольской набережной. Двигаясь от нее на север, через километр-полтора мы таки наткнулись на искомую фортецию… …На крепость в обывательском понимании - как в Аккермане - это сооружение не очень похоже, поскольку строилось гораздо позже, когда фортификационное искусство претерпело серьезные изменения. Вместо высоких каменных стен - земляные валы-куртины, вместо башен – низкие пятиугольники бастионов и треугольные равелины. Расположенную между двух оврагов на верхней террасе склона крепость окружает глубокий ров.

В самой высокой точке возвышается большой деревянный крест. Аборигены рассказывают, что установил его лет 15 назад некий овидиопольский еврей, возглавлявший тогда... местную казачью организацию. «Он почему-то решил, что является потомком запорожцев, ну и стал казаком, - вспоминает овидиополец Николай. - Вычитал, что до русских войск турецкий Овидиополь-Хаджидер захватывали казаки (в 1770 году, руководил походом «предок» Виктора Ющенко, последний кошевой Сечи Петр Калнышевский, - Авт.), - и решил увековечить их память. Потом разочаровался в идее и эмигрировал в Израиль. А крест остался».

В первые годы после основания крепости (1793) и гражданского поселения Овидиополь имел все шансы стать административной, экономической и военной столицей Причерноморья. «Выбирали из нескольких населенных пунктов - Хаджибея (Одессы), Херсона, Очакова, Николаева и Хаджидера, - говорит кандидат исторических наук Александр Пригарин. - У каждого варианта были свои лоббисты в Санкт-Петербурге - ведь речь шла и о том, куда направить финансовые потоки. Скажем, председатель Черноморского адмиралтейского правления Николай Мордвинов ратовал за Очаков, губернатор Таврической области Михаил Каховский – за Херсон, фаворит Екатерины Великой Платон Зубов – за Одессу. Окончательное решение так и не было принято. Все получилось как-то само собой. Николаев из-за своих морских верфей стал военным центром, Херсон - административным, Одесса - экономическим. Овидиополь же так и остался заштатным городком - слишком близок он к границе».

Строительство Днестровской линии спровоцировало первый коррупционный скандал в истории Одесчины. После смерти Екатерины Великой, приближенный ее преемника Павла I Федор Ростопчин начал бомбардировать императора доносами на руководителей работ, прежде всего Иосифа Дерибаса. По оценке Ростопчина, только на работах в Одессе шустрый испанский аристократ зарабатывал примерно полмиллиона рублей в год, что составляло порядка 0,5% всех доходов Российской Империи! Если перевести на современные деньги, это соответствует нескольким миллиардам долларов. Столичной «крышей» Дерибаса, утверждал Ростопчин, был Платон Зубов (впоследствии участник заговора против царя).

Не терпящий коррупции во всех ее проявлениях Павел на сигнал отреагировал - приказал провести в Новороссии ревизию. И та полностью подтвердила информацию Ростопчина, выявив многочисленные факты казнокрадства и взяточничества. Разгневанный император свернул развитие днестровских крепостей и закрыл финансирование «одесского проекта». Зубова выслали за кордон, конфисковав его недвижимость в пользу казны. Деволана уволили, а Дерибаса вызвали в Петербург «на ковер». И только благодаря связям жены он сумел уйти от суда, отделавшись отставкой. Удалось выкрутиться и Одессе – начальник городской таможни Михаил Кирьяков «нагнул» здешних купцов (большей частью греков) на грандиозную мзду самодержцу - почти тонну чрезвычайно дорогих по тем временам апельсинов. Правда, отведав «померанцев» и смилостивившись, император не возобновил прямое финансирование, а дал городскому магистрату кредит в размере 250 тыс рублей на завершение строительства порта.

"Граду Овидия" повезло куда меньше. Не получив никакого особого статуса, а значит и финансовых вливаний, Аджидерская крепость начала приходить в упадок.: «Не более двухсот домов; на возвышении устроены окопы для защиты хлебных магазинов; три батареи ярусами спускаются к уровню моря. Все это зовется крепостью, но в сущности это — ничто», - писал в 1796-м году сардинский посол и разведчик де ла Турбиа. После увольнения Деволана и Дерибаса строительство крепости в Овидиополе совсем застопорились, а точку в истории фортеции поставила русско-турецкая война 1806-1812 годов. Благодаря победам Михаила Кутузова, граница России передвинулась с Днестра на Прут, и овидиопольские бастионы оказались никому не нужны. В 1821-м году крепость преобразовали в городской карантин, а в 1849-м и вовсе продали с аукциона. В советское время это место превратилось в стихийную свалку.

Как и Овидиопольская, Одесская крепость была земляной. Располагалась она на территории нынешнего парка Шевченко. Сейчас о ней напоминают только остатки Андреевского бастиона (холм с установленной позже Александровской колонной). А в котловане, из которого брали землю для крепостных валов, спустя 130 лет построили футбольный стадион. По словам краеведа Олега Губаря, очень часто за остатки крепости принимают знаменитую каменную стену с башней - укрепления городского карантина. «Но к крепости они никакого отношения не имеют, поскольку были сооружены только в начале XIX века», - говорит специалист. Кстати, раньше стена-аркада была гораздо длиннее, чем сейчас - почти 80 метров, - а на другом ее конце возвышалась вторая башня, руины которой сохранились до сих пор на склоне ближе к памятнику Неизвестному матросу.

В кровавых сражениях Одесская крепость, как и Овидиопольская, участия не принимала. Самый значимый эпизод ее истории связан с Александром Пушкиным, который жил в Одессе в 1823-1824 годах. Как-то раз поэт гулял по городу и случайно забрел в расположение артиллерийской батареи. Военные сначала приняли Александра Сергеевича за шпиона и чуть не арестовали, но быстро разобрались. Закончилась встреча совместной пьянкой, под конец которой 20-летний дежурный офицер отсалютовал автору «Евгения Онегина» из боевых орудий. На следующий день похмельного артиллериста отправили на гауптвахту.

Потом триста лет укрепление служило туркам. Путешественник Эвлия Челеби писал, что Килийская крепость «представляет собой ни с чем несравнимое, прочное сооружение с тремя рядами стен». Сохранились османские названия башен фортеции: Кизил-кале (красная), Сардар-кале (комендантская), Фанар-кале (башня с маяком), Ясса-кале (северо-запданая), Зиндам-кале (тюремная). Знаменита Килия и тем, что в 1621 году тут продали на галеры молодого пленного Богдана Хмельницкого... Наконец в XVIII веке турецким форпостом вплотную занялась Россия. Крепость брали дважды – в 1790-м году и в 1806-м. После второго штурма укрепления решено было снести. Сейчас от крепости официально самого древнего города страны (согласно 10-летней давности постановлению Кабмина, Килия была основана в VII веке до н.э., хотя многие историки с этим не соглашаются), остались только чудом сохранившиеся рвы-каналы.