Кража диппочты/из "Записок военного юриста"/ - 26 Мая 2011

26.05.2011
Это не детектив, хотя именно такое определение жанра напрашивается с первого взгляда. Сам Александр Захарович, фронтовик, военный юрист, гвардии полковник юстиции и заслуженный юрист Литвы, назвал эти воспоминания «записками военного юриста». Наверное, это самое точное определение, поскольку здесь нет ни одного вымышленного эпизода, а с каждым фактом Асовский соприкоснулся лично, расследуя то или иное преступление.
В 1947 году в поезде Москва-Бухарест у министра иностранных дел Румынии, - кстати, министром была женщина, - украли чемодан. Среди украденных вещей были и документы с дипломатической почтой. Министр ехала в спальном вагоне, охрана состояла из одного охранника в штатском. Кража была обнаружена на железнодорожной станции Рени на Дунае. В городе Рени была расквартирована 53-я Краснознаменная ордена Суворова стрелковая дивизия, которой командовал генерал-майор Д. Василевский. Один из полков дивизии был расположен на противоположном берегу Дуная в городе Галац, а это уже территория Румынии.
Как военный следователь, я был прикомандирован к этой дивизии.
Мне было приказано возбудить по этому факту уголовное дело и установить лицо, совершившее данное преступление.
Удалось установить, что чемодан был похищен, когда министр спала, а охранник курил в тамбуре. Сначала я допросил охранника, но ничего путного выяснить не удалось. Затем стал беседовать с румынским министром. Бедная женщина едва сдерживала слезы и умоляла сделать все возможное, чтобы найти чемодан, так как в нем находилась секретная почта. Я пообещал приложить все силы и возможности и найти злополучный чемодан.
Важную наводку мне предоставила проводница. Она видела, как некий матрос два раз прошелся по вагону. Но он вышел как раз на станции Галаца. Это был большой портовый город на Дунае, где швартовалось много военных и гражданских судов.
Я немедленно приступил к розыску матроса, который сошел с поезда в Галаце. Для этого мне необходимо было побеседовать с командирами нескольких военных судов. На одном из них командир доложил мне, что два дня назад его матрос вернулся из краткосрочного отпуска в связи с кончиной матери. Матроса пригласили в каюту командира корабля для беседы, но он категорически отказывался признать факт кражи. Тогда я попросил командира оставить нас двоих для проведения официального допроса. Я объяснил матросу, что являюсь военным следователем и обязательно найду чемодан, и тогда он понесет наказание. А для этого мне вместе с двумя понятыми и командиром придется обследовать весь корабль. При этом я добавил, что обворован министр иностранных дел Румынии.
Надо сказать, что, наверное, это был главный аргумент. Одно дело украсть чемодан, другое дело – украсть чемодан у министра иностранной державы. Да еще с секретами. Время было суровое, и каждый прекрасно понимал, что гауптвахтой за такие шалости не отделаешься.
Матрос сознался в краже, но пояснил, что, найдя в чемодане только бумаги на непонятном языке, он его оставил на пирсе рядом с пассажирским судном. И тут же показал судно, у которого он оставил чемодан.
Пароход оказался российским, потому вряд ли кто-нибудь из экипажа мог прочитать найденные бумаги. Я поднялся на борт, представился командиру и пояснил суть дела. Командир рассказал, что чемодан обнаружили матросы и передали ему. Я составил протокол об изъятии чемодана и через несколько часов вручил его незадачливой хозяйке. Она ждала в гостинице в Галаце и уже теряла надежду на возврат документов. Без бумаг она просто не могла приехать в Бухарест.
Увидев чемодан, женщина разрыдалась, бросилась ко мне, стала целовать. Я кое-как через переводчика объяснил: мол, это моя работа, и я очень рад помочь. Министр еще раз поблагодарила меня и пригласила в гости в Бухарест.
Воспользоваться приглашением, увы, не смог. Наша дивизия вскоре была расформирована, и я убыл для дальнейшего прохождения службы в другое место. Тем не менее, я был счастлив, что, по сути, выручил министра, избавил прекрасную женщину от неприятностей.