Десант на Дунае. Первый десант войны (Часть восьмая)
| [ ] |
02.07.2011, 13:13 |
В последующие дни после боя на мысе Сатул-ноу противник активных попыток захвата плацдарма не предпринимал и сосредоточился на артобстрелах, реализуя свое превосходство в дальнобойной артиллерии.
Ситуацию должен был до какой-то степени изменить ввод в действие 726-й батареи — единственной подвижной дальнобойной батареи, имевшейся в распоряжении командования флотилии.
Ввести ее в строй не могли больше недели. Доставленная на баржах еще 25 июня и в первую очередь разгруженная в Измаильском порту после возобновления его работы, она не имела ни оборудованных позиций, ни личного и командного состава, ни боеприпасов.
Если позиции были оборудованы довольно быстро, проблему с личным составом решили за счет перевода людей с соседних батарей и доставки из Одессы артиллеристов, призванных из запаса, то вопросы с комсоставом и особенно с доставкой боеприпасов решались медленнее.
Командир батареи, капитан Кривошеев, видя интенсивность контрбатарейной борьбы на участке флотилии, изо всех сил старался повысить боеспособность батареи до ее введения в бой, зная, что она расположена в пределах досягаемости численно превосходящих батарей противника.
Пользуясь тем, что боезапаса к 122-мм пушкам А-19 на флотских складах не имелось, а подвоз их из Одессы затягивался из-за трудности преодоления обстреливаемого участка под Периправой, он все имевшееся время тратил на тренировки личного состава, приучая его к специфике контрбатарейной борьбы.
Капитан даже рисковал проявить некоторую «неполиткорректность»: если на соседних 725-й и 724-й батареях плановые политзанятия проводились на утвержденную в отделе политпропаганды флотилии тему «Готовность к самопожертвованию — высшая доблесть советского воина», то на 726-й по приказу командира тема была изменена на «Лучшая броня батареи — отличная маскировка».
После оборудования орудийных двориков, командного пункта, погребов боеприпасов и укрытий тракторов Кривошеев поднялся в воздух на У-2 и несколько раз пролетел над батареей на разных высотах, пока не убедился, что маскировка надежна.
Когда снаряды наконец были доставлены и личный состав два дня занимался разгрузкой, Кривошеев перед переводом батареи на огневую позицию оба дня просидел на НП батареи и корректировочных постах, изучая расположение и состав румынских батарей, перепроверяя расстояние до видимых по вспышкам и уточняя положение предполагаемых по звукометрии…
В ночь на 3 июля батарея была скрытно переведена на огневые позиции. В ту же ночь заместитель командира батареи по политчасти Жуков был вызван в отдел политпропаганды флотилии, где находились уже все политруки подразделений. Командующий флотилией контр-адмирал Абрамов, держа в руках телеграфную ленту, объявил:
«По радио предстоит важное сообщение. Желательно всем — и командирам, и политработникам, и штабным — находиться в подразделениях, обеспечить слушание передачи из Москвы…»
По этой причине первое открытие огня батареей было снова отложено, теперь до окончания передачи — так как после него мог завязаться огневой бой, и тут уже было бы не до важных сообщений…
Важное сообщение оказалось речью Сталина — первой после начала войны. После такого события, естественно, был устроен митинг, на котором в порядке субординации начали последовательно выступать командир батареи, политрук и секретари партийной и комсомольской организаций.
Когда секретарь комсомольской организации сержант Царев в свою очередь заверял от имени всего личного состава партию и правительство, что, защищая Родину, бойцы батареи будут биться с врагом до последнего дыхания и до последней капли крови, румыны, успевшие, видимо, засечь появление орудий на огневых позициях, первыми начали огневой налет, не дав комсоргу договорить. Румынские снаряды начали рваться в нескольких сотнях метров от батареи, но расчеты, подготовленные Кривошеевым, быстро и организованно вступили в свой первый бой, хотя он и застал их несколько врасплох.
Впрочем, Кривошеев предвидел подобную ситуацию, и у него были свои меры для подъема боевого духа, не менее эффективные, чем у политработников. Все командиры орудий, наводчики и водители тракторов были взяты с воевавших уже неделю батарей и имели боевой опыт.
Один из них, командир 2-го орудия Герасименко, успевший уже повоевать на 725-й батарее, по команде Кривошеева сумел даже первым выпустить заранее заготовленный для фотосъемки снаряд со сделанной мелом надписью: «Антонеску — на память!»
После нескольких залпов вражеская батарея прекратила обстрел.
В 17.30 командующий флотилией доложил Военному совету Черноморского флота, что батарея № 726 успешно опробовала свои орудия. После доклада батарея немедленно включилась в боевую работу, которая велась круглосуточно.
Ввиду сохранявшегося превосходства противника в дальнобойной артиллерии решено было по ночам орудия батареи под руководством флагарта флотилии Просянова использовать в качестве кочующих.
Трактор буксировал орудие вдоль берега, на другом тягаче везлись снаряды. В заранее подготовленной точке делалась остановка. Орудие производило несколько выстрелов по вражеским батареям, расположенным в районе Тулчи, и тут же передвигалось на 400–500 метров дальше. Снова делалось несколько выстрелов, а затем следовал такой же быстрый переход на следующую временную позицию. Стрельба велась по площадям с помощью планшета.
Противник, довольно точно засекая временные позиции, открывал по ним ответный огонь. Рассчитывать, что он примет выстрелы кочующего орудия за появление на берегу новых батарей, не приходилось (если иногда и мог принять, то ненадолго). Но отвлекать таким образом часть огня дальнобойной артиллерии врага все-таки удавалось. И сам обстрел — тоже дальнобойными орудиями — со все новых, неожиданных позиций должен был создавать для него добавочное напряжение.
Наиболее часто артиллерия румын обстреливала Измаил, а советская — Тулчу и Галац, так как, стреляя по городу даже с большой дистанции, промахнуться трудно.
Сама контрбатарейная борьба с обеих сторон отличалась низкой эффективностью — почти за месяц боев противнику не удалось полностью вывести из строя ни одной батареи.
Поврежденные орудия сразу же ремонтировались. Периодически той или иной батарее приходилось ненадолго прекращать огонь, чтобы избежать поражения. Не случайно долгое время береговая артиллерия имела потери только ранеными, да и то небольшие. Бывало, что осколками прямо обсыпало пушку, но ее расчет успевал укрыться в нишах орудийного дворика.
Накрытие стационарной батареи приводило к прекращению ею огня, но, переждав обстрел и произведя небольшой ремонт, она сама наносила огневой удар, обычно по какой-нибудь из стреляющих в этот момент батарей, и, в свою очередь, вынуждала ее прекратить огонь.
Однако и советская артиллерия не могла похвастаться тем, что полностью уничтожила какую-нибудь из тяжелых румынских батарей, удаленных от переднего края.
Сводки об этом давались регулярно, но потом «уничтоженные» батареи снова оживали.
Вот одна из типичных сводок, поданная 724-й батареей: «… начиная с боя на границе батарейцы уничтожили 2 вражеские батареи, 2 железнодорожных эшелона с войсками, речной буксир, несколько шлюпок с десантниками, взорвали мост, подожгли снарядами военный завод, уничтожили сотни солдат и офицеров врага».
Но 724-я оказалась и единственной из стационарных батарей, которую румыны ухитрились однажды не просто подавить, но и выкурить с занимаемых позиций.
5 июля батарея, бывшая образцовой (на флотилии даже была выпущена листовка «Берите пример с батареи Михаила Спиридонова»), попала под сосредоточенный огонь сразу нескольких румынских дальнобойных батарей и, возможно, мониторов.
Тяжелые снаряды падали десятками. Спиридонов принял решение вывести орудия с основной позиции. При этом одно из орудий оставалось на месте для введения противника в заблуждение. Как ни странно, но подвести трактора и перевезти орудия удалось без потерь материальной части.
Не пострадало и оставленное для прикрытия орудие сержанта Соленого.
Оставление позиций было признано оправданным, и 14 июля командир батареи ст. лейтенант Спиридонов и командир огневого взвода лейтенант Величко были награждены орденами Красного Знамени, а сержант Соленый медалью «За отвагу».
Анатолий Юновидов/"Десанты 1941 года"/Часть 1/ |
| Категория: История Придунавья | Добавил: izmail-forever |
| Просмотров: 1240 | Загрузок: 0 | |
